Бруно Джордано (Бруно Ноланец)

1548 год
-
1600 год

Италия

«Невежество - лучшая в мире наука, 
она даётся без труда и не печалит душу!»

Джордано Бруно

 

Итальянский монах-доминиканец. Судя по биографическим данным, с детства имел мятежный характер и обладал талантом наживать себе врагов, из-за чего часто менял города и страны проживания. Так, его сатира под названием «Тайна пегаса, с приложением килленского осла», посвященная «достопочтеннейшему отцу во Христе епископу ди Казамарчано», начинается так: «Священная ослиность, святое отупенье, О, глупость пресвятая, блаженное незнанье…».

 

 

Джордано Бруно интересовался древним знанием, сокрытым в трактатах Гермеса Трисмегиста,  которые были написанны примерно во II веке н.э.

 
Джордано Бруно, например, в отличие от Галилея, не утруждал себя доказательствами, часто мыслил аллегориями, а содержание учения формулировал в виде догматов, которые  утверждались им как самоочевидные. В научной дискуссии предпочитал насмешку.

Задолго до смерти он написал: «Нет сомнения, что лучше достойная и героическая смерть, чем недостойный и подлый триумф».

Джордано Бруно, О героическом энтузиазме, М., «Государственное издательство художественной литературы», 1953 г, с. 62.

 

Джордано Бруно называл своим учителем Николая Кузанского. Джордано Бруно развивал ряд комбинаторных идей Раймунда Луллия

 

«Имя Джордано Бруно знают практически только в России.  Папа Римский сказал мне в 1998 году, что Бруно невозможно амнистировать, пока не подтверждена его еретическая теория множественности обитаемых миров (не противоречащая, по словам Бруно, Святому Писанию):«Вот найдите инопланетян, тогда можно будет обсудить!»»

Арнольд В.И., Истории давние и недавние, М., «Фазис», 2002 г.

Новости
Случайная цитата
  • Лирика и гений по Д.И. Писареву
    «Гейне вызвал целые легионы подражателей, и этот факт служит ещё новым  подтверждением той ужасно старой и печальной истины, что глупых людей очень  много. Гейне можно и должно изучать, но подражать ему нет, во-первых,  никакой надобности, а во-вторых, никакой возможности. Когда очень  замечательный человек рассказывает нам откровенно о своих заблуждениях, о  глупостях и проступках своей жизни, о позорных минутах уныния, праздности,  апатии и беспечности, тогда мы слушаем этот рассказ с жадным...