Древняя Греция
Македонский царь, полководец; создатель мировой державы, распавшейся после его смерти...
Александру Македонскому приписываются слова: «В Иллирии я получил удар камнем в голову и булавой в шею; потом при Гранике был ранен варварским кинжалом в голову, а под Иссом мечом в бедро; при осаде Газы мне в лодыжку попала стрела и на плечо свалилась тяжёлая глыба; у маракандийцев вражеская стрела повредила мне берцовую кость; затем плечо, у гандридов - в ногу; у маллийцев стрела вонзилась мне в грудь и оставила в ране железный наконечник; там же мне нанесли удар булавой по шее, когда сломались лестницы, приставленные к стенам…».
Левицкий Г.М., Александр Македонский. Гениальный каприз судьбы, М., «Энас»; Ростов-на-Дону «Феникс», 2010 г., с. 10-11.
«Он быстро бегал, и отец предложил ему выступить среди бегунов в Олимпии. «Ладно, - сказал Александр, - если соперниками будут цари».
Плутарх, Застольные беседы / Отв. ред.: Я.М. Боровский, М.Л. Гаспаров, Л., «Наука», 1990 г., с. 349.
«... египетские жрецы от имени самого Аммона да ещё в почитаемом греками храме приветствовали его как бога и сына бога, Александр увидел чрезвычайно благоприятные для себя политические возможности. Возникла ситуация, когда он мог претендовать на абсолютную власть над всем (в том числе и над греческим) миром, когда всякое сопротивление ему становилось греховным делом. […]
Понадобилось почти 10 лет, чтобы греческие полисы признали, притом только после того как Александр окончательно утвердил свою власть, его божественность, да и то спартанец Дамид заявил: «Предоставим Александру, если ему этого хочется, называться богом».
И греки, и македоняне, окружавшие царя, должны были с особым неудовольствием воспринимать его обожествление ещё и потому, что это существенно меняло характер их взаимоотношений с царём: из сотоварищей последнего, по идее равного им, они становились даже не подданными, а какими-то жалкими креатурами, которые могут только смиренно возносить мольбы к подножию божьего престола. В обожествлении Александра они не могли не увидеть решающий шаг на пути его превращения в такого неограниченного деспота, какого ни Македония, ни Греция ещё не видывали. С этого момента, по всей видимости, в окружении Александра появляются и набирают силу оппозиционные элементы, с которыми ни расправами, ни милостями царь совладать не мог».
Шифман И.Ш., Александр Македонский, Л., Наука», 1988 г., с. 95-97.
«Александр потребовал, чтобы постановлением народного собрания его провозгласили богом. «Ну что ж, - сказал Дамид, - уступим Александру. Если ему так хочется, пусть называется богом».
Плутарх, Застольные беседы / Отв. ред.: Я.М. Боровский, М.Л. Гаспаров, Л., «Наука», 1990 г., с. 303.
«Когда ему сказали, что кто-то говорит о нём дурно, он ответил: «Участь царей - делать хорошее, а слышать дурное». Умирая, он взглянул на друзей и сказал: «Вижу: великие будут жертвы над моею могилою!» Когда он умер, оратор Демад сказал: «Нынче у македонян такое безначалие, что стан их похож на киклопа, которому выкололи глаз!».
Плутарх, Застольные беседы / Отв. ред.: Я.М. Боровский, М.Л. Гаспаров, Л., «Наука», 1990 г., с. 352.
«Блестящие победы, следовавшие одна за другой, изменят Александра до неузнаваемости, аскет с удовольствием испытает прелести царской жизни во дворцах Дария, с лёгкостью ученик Аристотеля будет уничтожать преданных друзей лишь за дерзкое слово».
Левицкий Г.М., Александр Македонский. Гениальный каприз судьбы, М., «Энас»; Ростов-на-Дону «Феникс», 2010 г., с. 79.
«Александр Македонский не назвал своего преемника, и вскоре после его смерти разразилась борьба за власть. Мать, жёны и дети великого полководца были убиты. Генералы поделили его империю между собой».
Майкл Харт, 100 великих людей, М., «Вече», 1998 г., с. 196.
«В конечном итоге главное значение завоеваний Александра заключается в том, что он сблизил греческую и средневосточную цивилизации, которые обогатили друг друга. Во время и сразу по окончании деятельности Александра Македонского греческая культура быстро распространилась в Иране, Месопотамии, Сирии, Иудее и Египте. До Александра она проникала в эти районы, но очень медленно. Также великий полководец распространил греческое влияние на Индию и Центральную Азию - районы, которых раньше она не достигала вообще. Но культурное влияние не было односторонним.
В эру эллинизма (века сразу после смерти Александра) восточные идеи - в основном, религиозные - распространились в греческом мире. Это была та самая эллинская культура - большей частью греческая, но с сильным восточным влиянием, - которая впоследствии воздействовала на Рим».
Майкл Харт, 100 великих людей, М., «Вече», 1998 г., с. 197-198.
«Кир, Александр, Наполеон - создав огромные мощные царства, расширяли их пределы сверх достаточного до тех пор, пока не «запрыгивали» выше своих возможностей, выше возможностей своего государства, и тогда в сверхнапряжении государство рушилось, а властитель погибал. Что б ему не остановиться вовремя?.. Но та самая энергия, то самое желание, которое вело и тащило его вперёд и вверх к величию и славе, перетаскивало за черту «компетентности», за предел реальных возможностей, и всё рушилось к чертям свинячьим. Потому и рухнул, что хотел чересчур много и сильно. Потому и сделал так много до своей гибели, что хотел так много и сильно. И это сказывается в самых разных проявлениях человеческой деятельности…».
Веллер М.И., Психология энергоэволюционизма, М., «Аст», 2011 г., с. 348.
В литературе часто используется термин «эллинизм», которым обозначается влияние греческой культуры, мысли и языка после завоеваний Александра Македонского и до появления христианства.
По воле Александра, по мере движения его войска, было заложено более 10 городов с названием Александрия, но в истории осталась Александрия в Египте, где были созданы знаменитая библиотека и музей.
Плутарх: Аристотель – воспитатель Александра Македонского.
Регистрация на конференц
Страница конференции во ВКонтакте: 
